УДК 343 О.А. Евтуховская Санкт-Петербургский университет МВД Россииolesya.evtuhovsk@mail.ru НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ НЕПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ФОРМ СПЕЦИАЛЬНЫХ ЗНАНИЙ  Аннотация: В данной  работе на основании анализа судебной практики рассмотрены примеры использования специальных знаний в формах не регламентированных уголовно-процессуальным законодательством. Представлены некоторые точки зрения ученых-юристов на возможность использования специальных знаний в непроцессуальных формах для раскрытия и расследования преступлений на этапе досудебного разбирательства. Приведены примеры реализации специальных знаний субъектами, не обладающими процессуальным статусом специалиста.Ключевые слова: специальные знания, непроцессуальные формы специальных знаний, субъекты специальных знаний, доказательная информация, оперативно-разыскная деятельность Olesya A. EvtukhovskayaSaint Petersburg university of the Ministry of Interior Affairs of Russiaolesya.evtuhovsk@mail.ru SOME ASPECTS OF USING A NON-PROCEDURAL FORM OF SPECIALIZED KNOWLEDGEAbstract: In this work, based on the analysis of judicial practice, examples of the use of specialized knowledge in forms not regulated by criminal procedural legislation are examined. Some viewpoints of legal-scientists on the possibility of using specialized knowledge in non-procedural forms for solving and investigating crimes at the pre-trial stage are presented. Examples of the application of specialized knowledge by individuals who do not possess the procedural status of an expert are provided.Key words: specialized knowledge, non-procedural forms of specialized knowledge, subjects of specialized knowledge, evidentiary information, operational-search activities Практика раскрытия и расследования преступлений различных категорий уже не одно десятилетие использует знания сведущих лиц в «науке, технике, искусстве и ремесле» [1, с.8]. Потребность в применении научных знаний  возникает у сyбъектов раскрытия и расследования преступлений на разных этапах данного процесса, поскольку позволяет получить ответы на вопросы, способствующие установлению истинных обстоятельств. Развитие научного знания в области химии, медицины, техники и др. достигло уже такого уровня, который позволяет в достаточно сжатые сроки получать криминалистически значимую информацию, необходимую для принятия решений по оперативным материалам или уголовным делам, потому вопрос применения субъектами – носителями специальных знаний остается насущным. Как отмечает И.Н. Сорокотягин, «специальные знания характеризуются их предназначенностью для получения доказательственной, оперативно-розыскной и иной информации, необходимой для раскрытия и расследования преступлений» [2, с.5].Исследователи проблематики функционирования института специальных знаний высказывают множественные точки зрения на такие аспекты, как «специальные знания», «критерии специальных знаний», «формы использования специальных знаний», «субъекты, обладающие специальными знаниями», «субъекты, использующие специальные знания» и др. Поскольку уголовно-процессуальным законом регламентирован не весь спектр категорий института специальных знаний и его субъектов, вопрос их реализации в формах, не являющихся процессуальными, обладает повышенной дискуссионностью. Вместе с тем, некоторые авторы, например Л.Г. Шапиро, выделяют формы реализации специальных знаний «при выявлении преступлений в порядке ст.144 УПК РФ, в том числе в оперативно-розыскной деятельности» [3,с.14]. Очевидно, правоохранительные органы нуждаются в специальных знаниях из конкретных областей современной науки и техники возможно даже в большем объеме на стадии досудебного разбирательства. В связи с этим, представляется важной задачей распространение практики максимально широкого использования передовых научно-технических достижений» с привлечением специалистов [4, с. 98-99]. Данная необходимость вызвана с одной стороны объективной невозможностью иных субъектов раскрытия и расследования преступлений обладать научными знаниями во всех отраслях и необходимостью раскрытия и расследования преступлений по «горячим следам» с другой стороны.  Между тем, правоприменительная практика знает примеры реализации специальных знаний субъектами, не обладающими процессуальным статусом специалиста, «относящиеся к непроцессуальным способам получения доказательственной информации» [5, с. 45]. Б.М. Бишманов считает таковыми «специальные знания, используемые в рамках служебной деятельности» [6]. В своей работе И.Б. Воробьева определяет их как «другие формы связанные с использованием специальных познаний сведущих лиц, т.е. специалистов в соответствующей области в общеупотребительном, а не уголовно-процессуальном смысле» [7, с. 84]  и видит их роль в консультировании, получении информации и иной помощи, оказываемой вне следственных действий до возбуждения уголовного дела. Автор данной работы поддерживает мнение, высказанное Т.Д. Касымовым, что «наиболее характерно непроцессуальное использование специальных познаний в оперативно-розыскной деятельности» [8, с. 23]. В монографическорм исследовании В.Н. Махова есть указание на форму использования специальных знаний, являющуюся, по нашему мнению,   описанием рассмотренного далее случая «подготовленные с использованием знаний сведущих лиц, но не подменяющие заключений экспертов и других документов, составляемых в установленном порядке»  [9, с. 79-83]. Рассмотрим данный пример: по уголовному делу № 1-80/2023[1] из рапорта оперуполномоченного УНК ГУ МВД России по Челябинской области В.А.Ю. от ДД.ММ.ГГГГ, ….. по результатам оперативно-розыскного мероприятия «Наведение справок» при осмотре изъятого у ФИО10 К. мобильного телефона «SAMSUNGGalaxyS8» обнаружены приложения: интернет-мессенджер «Telegram», к которому подключен аккаунт «@chuko07», имя «...», активирован на абонентский номер +№; приложение «SurveyCam», предназначенное для осуществления фотоснимков с нанесенными на них географическими координатами; приложение «ScreenMaster», предназначенное для нанесения графических пометок на фотографии; кошелек криптовалюты биткоин «Exodus». При всей широте распространения цифровых технологий, очевидно, приведенные сведения могут быть получены лишь лицом, обладающими специальными знаниями в компьютерно-технической сфере. Как правило, подобного рода сведения получаются в результате компьютерной экспертизы, представляющей собой «проводимое в установленном порядке процессуальное действие, осуществляемое компетентным специалистом в целях установления закономерностей возникновения, регистрации, сбора, накопления, ввода, вывода, приема, передачи, хранения, уничтожения, модификации, блокирования, копирования, преобразования, отображения и сокрытия электронно-цифровых следов совершения преступных действий в сети Интернет» [10, с. 531]. По нашему мнению, подобный случай представляет собой, как писал Шиканов В.И., «очевидное смешение процессуальных и непроцессуальных способов получения доказательственной информации» [11, с. 39-40]. На этот счет уместно высказалась Е.П. Гришина, считая, что с одной стороны «признание права …не урегулированных уголовно-процессуальным законом форм чревато следственным хаосом» , однако преуменьшать или вовсе сводить к минимуму значимость непроцессуальных форм и доказательного значения их результатов «представляет собой односторонний подход к уяснению сущности формы использования специальных познаний» [12, с. 141]. Указанные данные были получены исходя из положений оперативно-разыскной деятельности, прописанных в нормативных правовых актах как «наведение справок». Данное оперативно-розыскное мероприятие заключается в «получении информации, имеющей значение для решения задач оперативно-разыскной деятельности, посредством направления запросов в государственные органы, органы местного самоуправления, организации, физическим лицам, располагающим или могущим располагать таковой, либо ее получение путем непосредственного ознакомления с соответствующими материальными носителями, в том числе посредством использования оперативных, криминалистических и иных учетов, информационных систем и других источников» [13, с. 164]. По сути, в данном случае оперативно-розыскное мероприятие «наведение справок» выступило альтернативным способом реализации специальных знаний, поскольку «ознакомление с соответствующими материальными носителями» является «почвой» для злоупотребления правом в уголовном процессе, так как нормы процессуального права допускают лишь визуальное ознакомление, а не непосредственное вмешательство в содержимое накопителей и носителей информации при помощи криминалистических программно-аппаратных комплексов  [14, с. 659], последнее же – прерогатива субъектов-носителей специальных знаний к коим относятся эксперты и специалисты. Так: по уголовному делу 1-195/2019[2] результатом оперативно-розыскного мероприятия «Наведение справок» явилось получение информации из памяти сотового телефона, «изъятого у ФИО2 «iPhone», имей НОМЕР. Установлено, что ФИО2, для осуществления преступной деятельности, использовал вышеуказанный сотовый телефон, на котором установлено мобильное приложение «Telegram». С использованием интернет-мессенджера «Telegram» с аккаунта НИК-НЕЙМ привязанного к абонентскому номеру НОМЕР», ФИО2 вёл переписку с кураторами интернет-магазина наркотических средств, имеющими username НИК-НЕЙМ username НИК-НЕЙМ Для ведения противоправной деятельности в интернет-мессенджере «Telegram», использовались личные сообщения. В ходе детального анализа переписки с пользователями «НИК-НЕЙМ» установлено, что в данных переписках происходило обсуждение рабочих вопросов, таких как уточнение мест расположения тайников-закладок с наркотическими средствами, предоставление отчётов об осуществлённых ФИО2 мест закладок с наркотическими средствами, получение задержанным описаний мест расположения закладок с мелкооптовыми партиями наркотических средств, предназначенных для дальнейшего их распространения наркозависимым. В файловой системе телефона в папке заметки обнаружены файлы с описанием мест тайников сделанных ФИО2, а также их координаты, полученные через GPS спутники и ссылки на интернет ресурсы где размещены фотографии тайников с наркотическими средствами». В данном случае наведение справок представляется неким объединением компьютерно-технической экспертизы и в какой-то мере следственного осмотра.  Таким образом, арсенал используемых «специальных знаний» выходит за рамки привычного нам восприятия способов их реализации на практике, заключающихся в обнаружении, изъятии, фиксации следов, консультативной, разъяснительной функции и проведении исследования криминалистически значимых объектов. Закономерно возникают вопросы: «Что сподвигло правоприменителей на подобные шаги? Насколько вписывается подобная практика в действующее уголовно-процессуальное законодательство? Данная практика не является общеприменительной (передовой опыт УНК ГУ МВД по Челябинской области), однако эффективность ее не оставляет сомнений. Разумеется, реализация данного подхода стала возможной благодаря наличию высококвалифицированных специалистов в данной области знаний, а также факта того, что процесс извлечения и анализа подобного рода данных обыкновенно осуществляется посредством информационно-аналитической экспертизы, которая в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел не производится и требует обращения в сторонние «частные» организации на возмездных началах и в силу организационных причин, что существенно увеличивает срок установления необходимой в доказывании информации. В данной ситуации лица, осуществляющие такого рода деятельность, по факту являющиеся «сведущими свидетелями» [15, с.42], обладающие специальными знаниями позволяют решить определенный перечень возникающих в практике проблем «без излишнего удорожания и усложнения» [16, с.239-246]. Другой стороной такой практики является несогласованность с актуальным уголовно-процессуальным законодательством, поскольку ни форма реализация специальных знаний ни субъект («сведущий свидетель») не закреплены законодательно, однако, Э.А. Васильевым, Г.А. Корниловым, И.Г. Корниловой подчеркивается, что «законодатель закрепил за результатами ОРД возможность быть поводом и основанием для возбуждения уголовного дела» [17, с.43], что по факту подтверждается и практикой, поскольку результаты полученные указанным выше путем уже в рамках возбужденного уголовного дела ложатся в основу заключения эксперта. Согласимся с мнением А.В. Победкина о том, что уголовно-процессуальное право призвано устанавливать надежные гарантии как правильного установления обстоятельств по уголовному делу, так и защиты прав и законных интересов каждой личности, участвующей в уголовном судопроизводстве. Автор справедливо отмечает, что никакие иные обоснования изменения процессуальной формы не могут быть приняты  [18, с.118]. С другой стороны, при всей справедливости мнения А.В. Победкина мы не должны забывать, что «действенность правового регулирования зависит от разнообразия применяемых приемов, умелого учета социальных ценностей, гибкого и дифференцированного подхода к методу регулирования в зависимости от природы отношения»  [19, с.41-42]. Подобная практика со всей очевидностью обогащает инструментарий доказывания и способствует достижению цели уголовного процесса, которая  «заключается в обнаружении истины всеми признаваемыми законом способами» [20, с. 71]. Не противоречат подобные методы и Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. №55 «О судебном приговоре», в котором говорится о возможности использования в качестве доказательств по уголовному делу результатов ОРМ, если такие ОРМ проведены для решения задач, указанных в ст.2 ФЗ «Об ОРД». Подобные формы использования специальных знаний являются закономерной реакцией на совершенствование методов совершения преступлений.Некоторые ученые-юристы высказывают мнение о закреплении нетрадиционных и перспективных форм, например Е.И. Зуев относит к ним «привлечение специалиста к совершенствованию и разработке новых научно-технических средств и методов обнаружения, исследования, изъятия и закрепления вещественных доказательств» [21, с. 74-76]. Использование специальных знаний в такой форме видится нам одним из «эффективных способов борьбы с пробелами в законодательстве» [22, с. 60], а их подтверждаемое практикой наличие, по нашему мнению лишь отражает необходимость её законодательной регламентации.  БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ:1. Россинская Е.Р., Зинин А.М. Экспертиза в судопроизводстве: учебник / под ред. Е.Р. Россинской. – Москва : Проспект, 2022. – 416с. 2. Сорокотягин И.Н. Специальные познания в расследовании преступлений.- Свердловск, 1984. – 119с. 3. Шапиро Л.Г. Специальные знания в уголовном судопроизводстве и их использование при расследовании преступлений в сфере экономической деятельности: автореф. дис. докт. юрид. наук. Краснодар, 2008. 51c.4. Возняк Г.Н. Возможности судебной экспертизы в российском уголовном судопроизводстве // Методологическая основа и современный технологический инструментарий судебно-экспертной деятельности: материалы Междунар. науч.-практич. конф. Иркутск, 23−24 мая 2013 г. / Вост.-Сиб. фил. ФГБОУ ВПО «РАП». Иркутск: Изд-во ИГУ, 2013.- 282 с.5. Гарисов С.М. Использование специальных познаний в судебном производстве по уголовным делам : монография / С.М. Гарисов, Е.А. Зайцева. – Волгоград : ВА МВД России, 2010 –  196с.6. Бишманов Б.М. Использование специальных знаний в процессуальной и служебной деятельности // «Черные дыры» в Российском Законодательстве. 2002. № 4 // СПС «КонсультантПлюс». 7. Воробьева, И.Б. Использование специальных познаний – гарантия объективного и полного расследования // Проблемы социальной справедливости в отраслевых юридических науках: сб. науч. Тр. –Саратов, 1988. – 119с.8. Касымов Т.Д. Предварительные трасологические и баллистические исследования на месте происшествия : дис. …канд. юрид. наук . – М., 1999. 160 с.9.Махов В.Н. Использование знаний сведущих лиц при расследовании преступлений: монография. М.: Изд-во ВУДН, 2000. С.79-83.10. Сысенко А. Р. Проблемы назначения и производства судебной компьютерно-технической экспертизы / А. Р. Сысенко, И. С. Смирнова, С. Е. Тимошенко // Сибирское юридическое обозрение. – 2020. – Т. 17, № 4. С. 523-533.11. Шиканов В.И. проблемы использования специальных познаний и научно-технических новшеств в уголовном судопроизводстве: дисс. …д-ра юрид. наук. Иркутск, 1980. С.39-40.12. Гришина Е.П. Сведущие лица в российском уголовном судопроизводстве: теоретические проблемы доказывания и правоприменительная практика: монография / под ред. А.М. Кустова. – М.:Юрлитинформ, 2012.- 272с.13.   Рясов А.В., Мищерин А.И. О проведении оперативно-розыскного мероприятия «наведение справок» // Закон и право. №1. 2020. С. 163-16414. Зазулин А.И. Ознакомление обвиняемого и его защитника с носителями цифровой информации в уголовном деле // Пермский юридический альманах. №2. 2019. С.658-66415. Васильев Э.А., Корнилов Г.А., Корнилова И.Г. Использование специальных знаний в оперативно-розыскном процессе: научно-практическое пособие. – М.: Юрлитинформ, 2022.-120с.16. Мохов А.А. Институт сведущих лиц как альтернатива чрезмерной специализации в юрисдикционной деятельности // Научные труды РАЮН. – Вып 3.Т.1.- Москва: Юрист, 2003. – С.239-246.17. Васильев Э.А., Корнилов Г.А., Корнилова И.Г. Использование специальных знаний в оперативно-розыскном процессе: научно-практическое пособие. – М.: Юрлитинформ, 2022.- 120с.18. Победкин А.В. Уголовный процесс: состояние вне права: монография. – М.: Юрлитинформ, 2013. 248 с.19. Казимирчук В.П. Социальный механизм действия права // Советское государство и право. 1970. № 10. С. 41-42.20. Объяснительная записка к проекту новой редакции Устава уголовного судопроизводства / Высочайше учрежденная комиссия для пересмотра законоположений по судебной части. Т. 1: Общие положения и подсудность. - 1900. С. 71. (IV, XIV, 262, 30 с.)21. Зуев Е.И. О понятии специальных познаний в уголовном процессе // Вопросы теории криминалистики и судебной экспертизы: материалы науч. конференции. 1969. Вып.1. С.74-76.22.  Зайцева Е.А. Использование специальных экономических знаний в досудебном производстве по уголовным делам: монография / Е.А. Зайцева, Д.П. Чипура. – Волгоград : ВА МВД России, 2007. – 148с.  «Представленный материал ранее нигде не публиковался и в настоящее время не находится на рассмотрении на предмет публикации в других изданиях. Материал выверен, цифры, факты, цитаты сверены с первоисточником. Материал не содержит сведений ограниченного распространения. Против размещения полнотекстовой версии статьи в открытом доступе в сети «Интернет» не возражаю» О.А. Евтуховская      [1] Приговор Каслинского городского суда Челябинской области от 5 сентября 2023 г. по делу № 1-80/2023 № // https://sudact.ru/regular/doc/vcrlNUxSAvh/?regular-txt=%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%B3%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%80+%D0%BA%D1%80%D0%B8%D0%BF%D1%82%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D0%BB%D1%8E%D1%82%D0%B0+%D1%81%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%BA%D0%B0&regular-case_doc=&regular-lawchunkinfo=&regular-date_from=&regular-date_to=&regular-workflow_stage=&regular-area=1077&regular-court=&regular-judge= [2] Приговор Копейский городского суда Челябинской области от 20 августа 2019 г. по делу № 1-195/2019 // https://sudact.ru/regular/doc/tLv0Ac3AJWlI/?regular-txt=%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%B3%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%80+%D0%BA%D0%BE%D1%88%D0%B5%D0%BB%D0%B5%D0%BA+%D0%BA%D1%80%D0%B8%D0%BF%D1%82%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D0%BB%D1%8E%D1%82%D1%8B+%D1%80%D0%B0%D0%BF%D0%BE%D1%80%D1%82+%D0%BE%D0%BF%D1%80%D0%B5%D1%83%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%BD%D0%BE%D0%BC%D0%BE%D1%87%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D0%B3%D0%BE&regular-case_doc=&regular-lawchunkinfo=&regular-date_from=&regular-date_to=&regular-workflow_stage=&regular-area=1077&regular-court=&regular-judge=&snippet_pos=26094#snippet